Левша – собирательный образ тульского мастера-оружейника, набожный пьяница, умелец золотые руки, воспетый Н. С. Лесковым в «Сказе о тульском косом Левше и о стальной блохе».
В 1881 году журнал «Русь» опубликовал рассказ Н. С. Лескова «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе (Цеховая легенда)». Патриотичная история про то, как трое тульских мастеров «умыли» англичан, «чтобы те над русскими не предвозвышались». Туляки подковали миниатюрную блоху, которую в Лондоне за миллион рублей серебром выкупил российский император Александр I. Левша сделал самую виртуозную работу: выковал крохотные гвоздики, которыми прибил подковку к стальным лапкам насекомого.
– Я не могу сказать, где именно родилась первая заводка баснословия о стальной блохе, то есть завелась ли она в Туле, на Ижме или в Сестрорецке, но, очевидно, она пошла из одного из этих мест. Во всяком случае, сказ о стальной блохе есть специально оружейничья легенда, и она выражает собою гордость русских мастеров ружейного дела. В ней изображается борьба наших мастеров с английскими мастерами, из которой наши вышли победоносно и англичан совершенно посрамили и унизили. Здесь же выясняется некоторая секретная причина военных неудач в Крыму. Я записал эту легенду в Сестрорецке по тамошнему сказу от старого оружейника, тульского выходца, переселившегося на Сестру-реку еще в царствование императора Александра Первого, – написал Лесков в предисловии к первой журнальной публикации «Сказа».
Сегодня никто из историков не сомневается, что Левша – это тульский персонаж. «Сказ» пропитан местной топонимикой (в нем, например, упоминается Московская и Киевская заставы, оружейная слобода в Заречье и т.д.) и реалиями жизни тульских мастеровых конца XVIII – начала XIX столетий. А главное подтверждение – это реальная история жизни главного механика Тульского оружейного завода, Алексея Михайловича Сурнина.
По указу Екатерины II с 1794 года он был «надзирателем всего до дела ружей касающегося» на Тульском оружейном заводе. Как и литературный герой Левша, А. М. Сурнин учился мастерству в Англии, его также уговаривали остаться, соблазняя «большой образованностью», даже женитьбой. Эти обстоятельства были отмечены графом С. Р. Воронцовым, русским послом в Англии, в его письмах на родину.
Есть и другое неопровержимое доказательство – искусная работа тульских оружейников по выделке миниатюрных металлических изделий, в том числе крохотных моделей любого оружия, причем стреляющего настоящими патронами. Известный тульский краевед Вадим Николаевич Ашурков (31.03.1904 - 10.05.1990), автор множества научных трудов по истории Тульского оружейного завода, отмечал давность «миниатюрных» традиций оружейного дела в Туле. Одно из первых упоминаний о миниатюрных моделях оружия относится к 1810 году, когда князю Игорю Долгорукову предложили в Туле пару кремневых пистолетов весом всего по 13 граммов. А на тульской промышленной выставке 1837 года оружейник Медведев показал пистолеты весом в 8,5 гр. Неудивительно, что «бесподобное мастерство» тульских оружейников, работавших безо всяких «мелкоскопов», было воспето в народной легенде и вдохновило Лескова.
Любопытно, что Лесков включил историю про тульского Левшу в цикл рассказов «Праведники». Косой оружейник, пьяница, пивший в компании с английским посланником на спор всю дорогу от Лондона до Петербурга и умерший с перепоя в российской столице, и вдруг «праведник». Отметим, что «питие водки на спор» – это тоже тульская оружейная традиция. Об этом очень красноречиво в 1866 году в «Нравах Растеряевой улицы» писал другой русский писатель, наш земляк Г. И. Успенский. «И пьет он «на спор», «кто больше»… Облопаются..., а потом товарищи и тащат по домам на закорках».
Запойная жизнь тульских мастеровых и «дьявольский» промысел у горящего жернова кузни удивительным образом сочетались с набожностью, приверженностью «русской вере», за что в разряд праведников и попал Левша. Особо почитался в оружейной среде Николай Чудотворец как покровитель торговли и военного дела (недаром в Туле было множество Никольских храмов). Перед выполнением царского задания трое тульских мастеров вместе с Левшой отправились в паломничество в Мценск, где и сейчас в Никольском соборе хранится уникальный образ Св. Николая Чудотворца, высеченный из камня в полный рост, в одной руке у Святого – храм, в другой – меч.
Традиция получить благословения в церкви на важную работу даже в годы советской власти сохранялась среди старых тульских мастеров оружейного дела (это одна причин открытия храма и на территории Тульского оружейного завода). Невозможность ходить по воскресеньям на службы в родном тульском приходе стала одной из причин отказа Левши от крайне выгодного предложения остаться в Лондоне. Подметил Лесков в «Сказе» и еще одну немаловажную черту тульского оружейника – человека, знающего себе цену, строго охраняющего секреты мастерства и готового ночи напролет заниматься заказом, тянуть время до последнего и сдать-таки работу, когда уже никто и не надеется на результат. В среде тульских мастеровых любили повторять: «Душа есть-пить хочет, а штаны сшей». Что называется - надо, так надо, даже если стальная блоха с отяжелевшими от подковок лапками не сможет танцевать…
Сейчас в российской блогерской среде Левшу принято считать родоначальником отечественных нанотехнологий.
Источник: Ирина Парамонова
![](http://region.center/data/mods/shop_tovar_photos/user_photo_f6da2a40ded6e3fb3cdab2b95e0b5f12.jpg)
![](http://region.center/data/mods/shop_tovar_photos/user_photo_f6da2a40ded6e3fb3cdab2b95e0b5f14.jpg)